День медика на Инжире или повесть о настоящих «матрасниках»

P.S. Рассказ написан для конкурса «Моё лучшее путешествие». Прочитать всеконкурсные статьи.

Небольшая яхта бросила якорь напротив «Затеряного мира». Татьяна, моя жена, погрузилась в пучину чистейшей воды. Я сделал несколько фотографий и сел за столик. Пока мы шли вдоль мыса Айя, команда наловила барабуль и теперь, жареные, они аппетитно лежали на столе, украшенные свежими овощами и белым вином. Солнце осветило скалы красным, ветер трепыхал паруса на ветру, ритмично шумел прибой, напоминая мне о событиях тринадцатилетней давности…

Днем 16 июня из Балаклавы в сторону Инжира вышла группа молодых людей из разных городов Украины. Их объединяло то, что они были студентами медуниверситета и, к тому же, успешно сдавшими сессию. Я был со своей девушкой Татьяной, с которой недавно стал встречаться, Виталик и Наташа из Херсона, Юлька из Судака, Ярик из Керчи, Саша из Евпатории и девчонки из Севастополя, которые и показывали дорогу. Узкая тропинка вела мимо крепости Чембало, крутого склона Чертового ущелья, мимо развилки на г.Спилия с Бочкой смерти.

Но всех это не интересовало. Цель была одна – море. Основная балаклавская тропа вскоре привела к развилке дорог, после которой начиналось урочище Айязьма. Вниз уходила тропа к Золотому пляжу, мы же направились к роднику Инжир, где когда-то росло дерево с одноименным названием. Отстояв в очереди за водой, мы начали круто спускаться вниз к, так называемому, третьему пляжу. Уже смеркалось. Огромное количество светлячков показывали путь.
Вскоре, палатки были разбиты, еда съедена. Ярик хвастался новым рюкзаком, на который он копил несколько месяцев, Саша планировал ловлю крабов, Виталик сказал, что будет завтра отсыпаться. Девчонки болтали о своем, а я смотрел на звезды, слушал шум волн и думал о красном кружке на карте под названием Затеряный мир, место, куда можно добраться только по воде.
Следующий день начался со странного события: на каменистом пляже, откуда ни возьмись, появилась группа людей в белых медицинских халатах и белых шапочках. На фоне гор, леса и моря это смотрелось очень экзотично. Доктора громко разговаривали и смеялись, а потом стали заходить в воду, не снимая одежды. Несколько бакланов перестали ловить рыбу и уставились на сумасшедших. «Белые халаты» вскоре замерзли и вышли на берег, где их ждал только что приготовленный завтрак – макароны со сгущенкой. С днем медика!
Остаток дня прошел в безуспешной ловле крабов в довольно холодной воде, безмятежном загорании, стоянии в очереди за водой на источнике и изучении окрестностей.

Урочище Айязьма вспоминается горячим коктейлем из морского и горного воздуха, приправленного можжевеловым и сосновым ароматом и елками с длинными иголками. Гуляя по заказнику мы дошли до лагеря толкиенистов, которые шумно разыгрывали свои средневековые побоища. Далее тропа заканчивалась отвесной скалой, которую можно встретить на магнитиках в сувенирных лавках Балаклавы.
День медика закончился праздничным ужином, где центральным блюдом была гречневая каша с тушенкой.
Утром Ярик не нашел свой рюкзак. Осмотр окрестностей ничего не дал. Его попросту ночью украли. Погоревав немного, он успокоился. Чтобы не платить еще за один день стоянки, мы сложили палатки и пошли на Золотой пляж. Было раннее утро, времени до последней электрички было уйма, валяться на пляже было уже просто скучно. Я достал карту и показал заветный красный кружок «Затерянный мир»:
— Народ! Предлагаю налегке прогуляться вдоль моря и максимально подойти к Затерянному миру.
Все с радостью приняли это предложение, кроме Виталика:
— Ну, куда идти? Везде одно и то же. Давайте, отдохнем, позагораем. Просто поматрасничаем.
— Виталя, расслабься, никуда лезть не надо, будем просто идти вдоль моря, купаться будем по дороге, — и нам все-таки удалось его уговорить.
Всю тяжелую ношу мы оставили на дежурном посту у лесников, и по знакомой тропе дошли до скалы толкиенистов, под которой и окунулись , как и обещали Виталику.

Мы нашли неприметную тропку на самый верх. Подъем был очень крутой, но Виталик держался молодцом. Открывшиеся виды сделали свое дело. Спустившись с обратной стороны скалы, мы поняли, что попали в сказку. Скально-морской пейзаж был потрясающим, он качественно отражался на полотне обнаженного художника, мимо которого мы прошли.

Тропа была еще тропой, когда мы прошли скалу Парус №1. Потом тропа исчезла, и мы прыгали с камня на камень, словно горные козлы. Камни становились все крупнее и крупнее. Расстояние для прыжка увеличивалось. Через какое-то время мы подошли к скале Парус №2, которую часто можно встретить на полотнах севастопольских художников на Приморском бульваре. Черная вода мрачно чавкала под валунами этой скалы, и мы, не задерживаясь, пошли дальше.

За Парусом №2 мы увидели райскую долину, окруженную отвесными скалами. Мы устремились туда, мы почти дошли туда, когда камни, по которым мы прыгали, закончились в какой-то сотне метров от желанной цели.
Скальный участок протяженностью от силы пятьдесят метров обойти было, ну, никак нельзя. Каково же было удивление ребят, когда я достал из рюкзака надувной матрас. Команда работала слаженно: фотоаппараты запрятаны под камень, матрас надут. Смельчаки поплыли самостоятельно, остальные – держась матраса. Еще пару рывков, пару прыжков, и вот, мы идем по райской долине. Среди камней видим несколько палаток, людей, приветливо нас встретивших.
— Здравствуйте! Как называется это место?
— Казан-Дере.
— Родник тут есть?
— Есть, повыше надо подняться.
Бухта Казан-Дере была мелководной, со множеством камней, где плавала ершистая рыба. С моря Казан –дере охраняла скала Парус №3.

Заходить с суши в воду было очень неудобно, и тут на выручку пришел матрас. На берегу уже полным ходом шло знакомство с изголодавшими без общения аборигенами. А я , отплыв в море, убедился, что это последняя точка в нашем сухопутном путешествии. Дальше – сплошные скалы.
— Таня, я сплаваю в сторону затерянного мира. Кто со мной? Саша?
— Я не могу Наташу оставить.
— Ярик?
— Я замерзну быстро.
— Виталя! Давай! Тут недалеко.
Умостившись поперек матраса мы начали свое плавание. Скала Парус№3 осталась уже позади, осталось переплыть только рог носорога. За ним в прекрасном ракурсе нас приветствовали вертикальные скалы. Затерянный мир, скорее всего, за ними. Мы начали грести с утроенной силой. Вот, он последний уступ, за которым наша заветная цель. Еще несколько десятков метров мы проплыли и остановились в растерянности: скалы за уступом не заканчивались и уходили вдаль, сколько хватало глаз.
• Что будем делать? Проплыли уже много. Ты устал?
• Нет. Поплыли, тут не очень далеко. — видимо жаркое солнце или особьенный воздух отключили нам мозги.

Далеко-не далеко, но глубоко было точно. Под нами -40метровая пучина темно-синего цвета.
Волнения практически не было, и мы плыли под самыми стенами. Осталась позади пасть дракона — грот, где вода выходит с шумом и хлюпанием.
Проплыли уже место, где русские корабли пристреливали свои пушки, таинственный грот. И начали уже заметно уставать. Кроме усталости нас преследовала жара от солнца и холод от воды. Где-то на середине пути я почувствовал, как у меня начинает сводить ноги. Я стал грести поочередно: то одной ногой, то другой. Виталик делал то же самое.

Вокруг стояла неимоверная тишина. Конечно, шумело море, кричали птицы, но это были не звуки, а, скорее, дыхание природы. Сюда не доходил шум цивилизации. Чтобы избавится от этого странного ощущения мы начали петь.
Что под нами километры воды,
что под нами бьют хвостами киты
и кислорода не хватит нам на двоих,
и мы плывем в тишине.
Слушаю наше дыхание, я слушаю наше дыхание,
Я раньше и не думал, что у нас,
На двоих с тобой одно лишь дыхание.
Солнце стояло в зените, спину пекло, при этом мы клацали зубами от холода, но мы не могли повернуть. Мы уже проделали слишком большой путь, чтобы вернуться сейчас, да и берег уже был виден. Несмотря на усталость, нам нравилось испытывать дух приключений, смотреть на деревья, которые невероятным образом прикрепились к скале.
Затеряный мир являлся перед нами во всем своем величии. Мы с трудом выбрались на близлежащий камень и прижались к раскаленной скале, чтобы согреться. Я дрожал от холода, но был счастлив: цель достигнута, мы сделали это.

Через пятнадцать минут мы отдохнули и согрелись. Нас ждали друзья — надо возвращаться.
Матрас был поддут и спущен на воду. Мы погребли обратно. Но, вот уже десять минут как плывем, а не сдвинулись и метра. То ли ветер усилился не в нашу пользу, то ли течение здесь такое, что идет со стороны Севастополя в сторону Ялты, но мы не смогли пройти и десяти метров. Осознав, что попали в ловушку, мы вышли на берег.
Попрыгав по камням, мы оказались на центральном пляже.

Там отдыхали две компании. Они очень удивились, когда узнали, как мы здесь оказались, и ни одна, ни вторая компания нам не отказали. Единственное НО, лодка за ними придет в шесть вечера. Оставалось только ждать. Ждать порядка четырех часов. От солнца мы укрылись под камнем, попить нам дали отдыхающие. Виталик молчал, а я думал о том, как волнуются сейчас друзья и Татьяна, и что нельзя им никак сообщить, что с нами все в порядке. Время тянулось очень медленно.
В бухту вошли сразу два судна: красавица яхта с белыми парусами и обычный моторный челн. Команда на яхте была готова доставить нас прямо в Севастополь, и нам очень хотелось прокатиться под белоснежными парусами, но... У нас были спрятаны фотоаппараты под скалой, которые мы оставили перед Казан-Дере, и, наверняка, ждали друзья, которые не могли вернуться без матраса.

Мы погрузились в лодку, мотор завелся, и мы повторили свой путь вдоль прекрасного Святого мыса. Оказалось, что мы прошли на матрасе (моряки ведь не плавают, а ходят) около четрех километров.
Проходя мимо Казан-Дере мы увидели, что наших там нет. Поэтому, поблагодарив лодочника, поплыли сразу к фотоаппаратам. Посвежело, солнце стояло уже над горизонтом.

Мокрые, мы бежали, именно бежали по валунам, перепрыгивая двухметровые промежутки. Скалы-паруса начали свой обратный отсчет. Вот, уже лагерь толкиенистов, пляжики урочища Айязьма, сторожевой пост лесников. На посту стояло лишь два рюкзака: Виталика и мой. Забрав поклажу мы вышли с территории заказника и, тут я увидел Татьяну, которая сидела на пригорке и всматривалась вдаль.
— Почему так долго!? — лицо ее было красное, глаза заплаканными. В сердце моем что-то щелкнуло:
«Она ждала!»
• А где все?
• Ушли, чтобы успеть на электричку.
• А ты?
• А куда я без тебя?
Мы разбили палатку наЗолотом пляже, приготовили поесть. Ночью у Виталика поднялась температура, его бил озноб. Татьяна дала ему какое-то лекарство: врачи всегда знают, что делать. На следующий день катерок доставил нас в Балаклаву, где и сбылась мечта Виталика. Он умиротворенно проматрасничал остаток дня. А мы с Татьяной поднялись к остаткам Чембало. Рассматривая руины, я спросил, как вы отдохнули на Казан-Дере.
• Мы познакомились с местными, они при нас наловили ершей и сделали вкуснейшую уху, потом они купались голыми и пели песни под гитару, а потом к ним пришла лодка с провиантом, и эта же лодка довезла нас до Инжира. Мы очень здорово провели время...
Я завистливо промолчал, мне очень хотелось поесть уху из ершей.
• В Затерянном мире тоже очень здорово. Я тебе обязательно его покажу!
P. S.

И вот, спустя тринадцать лет, я размышляю, что бы я выбрал сейчас: поесть вкуснейшую уху с добрыми дикарями или открыть неизведанный для себя мир? А что вы бы выбрали? Солнце садилось за горизонт. Скалы Айя окрасились в розовый цвет. Татьяне, матери моих двух сыновей и любимой жене, очень понравилось это место. И мы сюда обязательно еще вернемся!
Я крутанул штурвал, паруса надулись и яхта рванула в сторону Балаклавы.

17.06.2012 День медика! С праздником всех, кто связан с этой профессией!

Автор:Бойко Николай